Наступила пора достойно оценить Великого кюйши Даулеткерея

Поделиться:


Даулеткерей, правильное написание его имени Даулет-Гирей ибн Шигай, т.е. Даулет-Гирей сын Шигая, — родился теперь уже согласно окончательно установленной дате в 1814 году на побережье Каспия, в семье младшего брата хана Букея султана Шигая, и является правнуком знаменитого хана Абулхаира. После смерти Шигая (1825 г.) Даулеткерей жил в семье своего двоюродного брата Менлигирея Букейханова (1808 -]1868 гг.), который в 1827 г. стал правителем рода Шеркеш и увез мальчика с собой. Менлигирей часто брал мальчика в поездки по степи и с молодых лет вводил его в дела по управлению рода Шеркеш. Молодой Даулеткерей настолько вошел в круг родовых султанов и правителей, что стал одним из приближенных хана Жангира (который приходился ему двоюродным братом).

В ханском дворце Даулеткерея поражали роскошь обстановки и незнакомый ему быт.

Здесь, часто, вместо народных инструментов звучал рояль, на котором в присутствии знатных гостей довольно искусно играла по нотам ханша Фатима, кроме того она свободно владела русским, немецким и французским языками, поэтому могла общаться с приезжими сановитыми гостями, путешественниками и иностранцами. Но прежде, чем Даулеткерей найдет свою дорогу в жизни, ему еще долго приходилось следовать за наставником и старшим сородичем Менлигиреем Букейхановым, который старался воспитывать Даулеткерея в традициях своей среды, потомков Чингисхана.

В разные годы ему пришлось побывать в качестве правителя родов Ногай, Кызылкург, Маскар и Туленгут, а также в должности управляющего калмыцкой частью орды.

К пятидесяти годам жизни вдоволь насытившись административной карьерой, Даулеткерей уже начал к ней охладевать. Большую часть своего времени он уделяет домбре, разъезжая по аулам и обогащая свой репертуар. Даулеткерей все дальше отходит от своих должностных дел, стремясь во что бы ни стало освободиться от этой тяжелой, опостылевшей ему обязанности.

Академик А.К. Жубанов считает, что Даулеткерей впервые встретился с Курмангазы в 1861-1862 годах, а профессор П.В. Аравин (1984г.) считает, что такая встреча могла произойти вероятнее всего осенью 1868 года во время осенней ярмарки в ханской ставке, т.к. после побега из тюрьмы в ноябре 1857 года в течение почти девяти лет, Курмангазы был вынужден скрываться за пределами Букеевской орды. Однако, это мнение ошибочное, так как Даулеткерей по словам Науши Букейханова впервые встречался с Курмангазы приблизительно в 1840-]841 гг., когда Курмангазы был юношей 16-17 лет, а Даулеткерей был в возрасте 26-27 лет и занимался вместе с Менлигиреем Букейхановым управлением и делами рода Шеркеш. Именно тогда прослушав его кюи Даулеткерей обратил свое внимание на талантливого, даровитого домбриста и все последующие годы старался как-то смягчить его участь, так как Курмангазы с юных лет был известным конокрадом-барымтачом, и часто попадал в тюремные камеры за свои лихие действия.

Но в советский период нашей истории такие действия расценивались как протест существовавшему режиму и весьма одобрялись.

В начале шестидесятых годов XIX века правителем ногайского и кзыл-куртовского родов назначается Даулеткерей Шигаев, к тому времени за свое высокое композиторское мастерство, доброе отношение к людям и за чудесную музыку получившей прозвище — Бапас “Отец”. Как отмечает академик А.К. Жубанов (1958 г.), действительно Даулеткерей стал отцом определенной музыкальной традиции в Букеевской орде. По своему творческому методу Даулеткерей — Бапас является родоначальником лирического направления в казахской инструментальной музыке. Большинство его кюев отличаются здоровой и ясной солнечной лирикой.

Назначение Даулеткерея родо правителем несколько изменило положение Курмангазы. Даулеткерей из уважения к Курмангазы, как к выдающемуся музыканту-композитору, часто выручал его из затруднительного положения, в которое тот попадал из-за своего неуемного влечения к конокрадству.

По словам ныне покойного Науши Букейханова, одного из выдающихся домбристов Букеевской орды, к двадцатилетнему возрасту Даулеткерей уже был известным исполнителем кюев в Урде, а первые его сочинения относятся к началу сороковых годов XIX века.

Одним из ранних его сочинений был кюй “Кыз-Акжелен”, а также “Кос-Алка”, к этому же периоду творчества относятся кюи: “Кос шек”, “Желдирме”, “Скрма”.

В 1859 году Даулеткерей в составе депутации от Букеевской орды побывал в Нижнем Новгороде, Москве и Петербурге. Где наряду с осмотром достопримечательностей этих городов, посетил ярмарочный театр Нижнего Новгорода, а в Москве Большой театр, где слушал оперу Д. Верди “Травиату” и увидел балет Ц. Пуни “Катарина, дочь разбойника”. Целый вечер проведенный в летнем саду “Эрмитаж”, дали ему возможность услышать вальсы и увертюры И. Штрауса, страстные напевы цыган н т.д.

Даулеткерей участвовал в торжествах в Зимнем дворце по случаю совершеннолетия наследника престола, которое завершилось грандиозным балом в Дворянском собрании, где он увидел блестящую свиту двора, высших сановников и аристократов. На всем пути от Оренбурга до Москвы и в самой северной столице Даулеткерей первым из казахских

композиторов-кюйши познакомился с культурой и бытом многих народов России. Все это заметно расширило и обогатило его музыкальный мир.

Для второго периода творчества Даулеткерея характерен интерес композитора к повседневной действительности, где особую группу составляют кюи, тематически связанные с характеристикой женских образов, портретные кюи, к ним относятся: “Жумабике”, “Каражан-ханым”, “Мунды-Кыз”, “Акбала-Кыз”, “Кудаша”, “Коркем-ханым”.

В этот период были созданы кюи воплощающие различные психологические состояния человека: “Керильме”, “Кара-кожа”, “Салык-ольген”.

Одним из лучших кюев, сочиненных Даулеткереем во второй период его творчества, является “Булбул”. К третьему, самому зрелому периоду творчества Даулеткерея относится “Тартыс-кюй”, а также “Шолтак”.

Вершиной творчества Даулеткерея являются кюи “Топан” и “Жигер”, которые вполне могут быть названы философскими.

Даулеткерей умер в 1887 году в своей зимовке в местности Карамола, южнее Нарын-песков.

Всего известно свыше пятидесяти кюев Даулеткерея, но как говорил , последователь лирических традиций Даулеткерея, Науша Букейханов, что “Даулеткерей передал своим ученикам также по нескольку вариантов некоторых кюев, над которыми он не переставал работать в течение длительного времени”.

Среди учеников Даулеткерея следует назвать очень одаренного его младшего сына Салауаткерея, а также Баламайсана, Макара и Аликея, которые в свою очередь были учителями одного из выдающихся домбристов Букеевской орды Науши Букейханова. (Науша Букейханов был не племянником Даулеткерея, как утверждает в своей работе “Струны столетий” академик А. Жубанов (1958 г.), а внуком, сыном его дочери по имени Шахзада.)

Кроме всего прочего, здесь является удивительным то, что не зная нотной грамоты сам Даулеткерей и его ученики все эти произведения и их варианты, обладая колоссальной музыкальной памятью, держали в голове и передавали последующим исполнителям без искажения авторского варианта.

Творческое наследие классика казахской домбровой музыки Даулеткерея явилось основой для зарождения оперной, симфонической и камерной музыки Казахстана. На всех этапах становления профессионального искусства Казахстана произведения Даулеткерея неизменно пользовались всенародным признанием и входили в музыкальную жизнь современности.

Как отмечает ученый-исследователь профессор П.В. Аравии (1984 г.), еще в 1935 г., сочиняя музыку к спектаклю Казахского театра драмы “Тунги сарын” (“Ночные раскаты”) по пьесе М. Ауезова, композитор С.И. Шабельский ввел в партитуру оркестровых эпизодов несколько народных тем, в том числе два кюя Даулеткерея: “Кос шек” и “Жигер”. В те же годы Е.Г. Брусиловский сделал первую фортепианную обработку кюя Даулеткерея “Жигер”, сопоставив скорбное звучание этого кюя с захватывающей динамикой “Серпера” Курмангазы. В 1944 году Е.Г. Брусиловский сочинил “Сюиту на казахские темы” для струнного квартета, тематическое развитие которой идет от трагических образов “Жигера”, оттеняемых веселым “Серпером”.

Далее профессор П.В. Аравин (1984 г.) отмечает, что в 1937 году Б.Г. Ерзакович впервые записал кюй Даулеткерея “Желдирме” и обработал его для исполнения на фортепиано. Пример использования “Жигера” Даулеткерея в качестве материала для построения драматического хора дает опера А.С. Зильбера “Бекет” (1940 г.).

А.К. Жубанов (1941 г.) мастерски ввел кюй Даулеткерея “Кыз-Акжелен” в свои “Казахские танцы” для фортепиано. Вариант кюя Даулеткерея “Кос алка” очень удачно вошел в партитуру оперы “Абай” А. Жубанова и Л. Хамиди, где этот кюй звучит в качестве “Танца девушек” в III акте оперы. Композитор Б. Байкадамов обработал кюй “Кос алка” для оркестра народных инструментов имени Курмангазы; К. Мусин ввел кюй “Кудаша” в свой юношеский струнный квартет; тот же кюй был обработан для фортепиано А. Гуревичем. Оригинально использовал кюй “Акбала-кыз” композитор В.В. Великанов в своей “Казахской симфонии” (1947г.)

Кюй Даулеткерея “Кыз-Акжелен” в 1958 году с новой силой прозвучал в большой танцевальной сцене балета “Дорогой дружбы” Н. Тлендиева, Л. Степанова и Е. Манаева.

Одним из лучших образцов оригинального претворения кюев Даулеткерея в современной казахской музыке является пяти-частная симфония “Жигер” Г.А. Жубановой.

Народный артист республики Казахстан, профессор А. Мурзабеков в 1968 году обработал для оркестра народных инструментов кюй Даулеткерея “Коруглы”, а в 1972 г. и 1995 г. тот же автор, также для оркестра обработал кюй Даулеткерея “Жигер” в 2-х вариантах.

Профессор П.В. Аравин (1984 г.) пишет, что даже этот краткий перечень произведений композиторов Казахстана дает основание утверждать, что наряду с богатейшим наследием народно-песенной культуры, лучшие образцы домбровой музыки, в том числе и кюй Даулеткерея, явились той основой, на которой сложилась и расцвела творческая деятельность талантливых представителей музыкальной культуры наших дней.

Великим композитором-кюйши, искусство которого было пронизано лирико-эпическим восприятием действительности, вошел Даулеткерей в художественную память казахского народа.

Однако, за годы советской власти его имя принижалось и отодвигалось на второй план. Даже одно время старались сделать его младше Курмангазы по возрасту, а его имя долгое время не было дано ни одному оркестру народных инструментов Казахстана, ни одному музыкальному училищу, театральному заведению, ни одной улице и площади республики, в консерватории нет даже стипендии имени Даулеткерея. Исключением является лишь оркестр народных инструментов в городе Уральске, которому дали имя Даулеткерея лишь в последнее время, в годы независимости Казахстана.

Единственным препятствием для увековечения имени Даулеткерея Шигаева было его степное аристократическое происхождение.

Наступила пора благодарным потомкам, в связи с 10-летием провозглашения независимости Казахстана, достойно увековечить имя великого кюйши Даулет-Гирея Шигаева.

http://www.zonakz.net/articles/11434?mode=reply

Поделиться:


Добавить комментарий

Войти через:



Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *